(история Румянцевой)

Я стояла на пронизывающем ветру, то и дело отбрасывала назад закрывавшие лицо волосы, и злилась. Как я ненавижу этого человека! Нельзя было назначить встречу в кафе или в офисе? Что за детский сад – у метро? Связалась на свою голову. Взяла левый проект, подзаработать решила и заодно отвлечься от основного вида деятельности. Молодец! Сама виновата, сразу было видно, что доверять ему нельзя и я еще намучаюсь. Офисный щеголь, надутый кретин, хмырь лощеный, чтоб ему пусто было! Ему и его вечно начищенным ботинкам. Еще шарфик белый, портфельчик в руке – терпеть таких не могу. Да бог с ними, с ботинками. Опаздываешь на пятнадцать минут, - позвони! Предупреди! Это же не трудно! А у него еще и телефон недоступен. Идиот!
Я запахнула пальто, поправила шарф на шее и запихнула волосы в капюшон. Бесполезно. Ветер тут же их растрепал. Да где его носит? А я даже уйти никуда не могу, и машину бросила у другого метро – страшные пробки. 
Я еще раз послала его куда подальше и спряталась за колонну. Пусть теперь поищет! Ветер за каменную глыбу не долетал – лишь угрожающе свистел рядом. Волосы перестали бесноваться и я, наконец, спокойно вздохнула. И чего так разволновалась? Как будто он стоит внимания, сумасшедший этот. Без него забот хватает. Целый день сегодня на ногах - то одно, то другое. Вот уже вечер, а я ела всего один раз – утром. И что это за еда, чай да пара крекеров. Вот если бы сделать запеканку с грибами и сыром, фруктовый салатик и чаю горяченького с медом, я сразу бы подобрела. А может, просто купить домой курочку?
Живот свело, есть хотелось очень. Жду еще десять минут и ухожу. Доберусь до машины, доеду до дома. Там тихо, тепло. Покушаю, залезу в горячую ванну, потом заварю себе чай, включу телевизор, усядусь на мягкий диван и …
От осознания ближайших перспектив у меня стали подкашиваться ноги. Оказывается, я не на шутку утомилась за сегодняшний день. Выглянула из-за колонны и увидела его. Он стоял и растерянно оглядывался. Выражение лица как у детсадовского ребенка: всем раздали бублики, а ему не хватило – того и гляди заплачет. Я сменила презрительную мину на вежливо-сдержанную и вышла из-за колонны.
- Привет.
- Привет, - он заметно повеселел, - давно ждешь?
- Не то, чтобы очень. Но, главное, что дождалась.
- Да, пришлось задержаться. Пойдем?
Вот это новости!
- Куда еще идти?
Мало того, что я ждала его целых двадцать пять минут, еще и идти куда-то надо. Договорились ведь закончить все дела прямо здесь. Не так уж это трудно передать мне конверт с деньгами и попрощаться - на долгие года!
- Я не хотел с собой возить деньги, все-таки, разное может случиться. Тут до офиса пара шагов, давай зайдем – я тебе все отдам.
Отличненько! Вечерняя прогулочка, значит? Так-так!
Я шла, нахохлившись, как воробей, а мои каблуки со страшной силой громыхали об асфальт. Вот, блин! Все может случиться у него в метро! Это даже представить себе сложно! И что за человек такой? А я-то хороша – связалась, на свою голову!
- Ты хорошо себя чувствуешь?
- Да, нормально, - скроила я умильную рожицу, - А что?
- Ты бледная какая-то, уставшая. Много работы?
Еще слово, и я с ним что-нибудь сделаю. Вместо комплиментов – одни стрессогены. Бледная, уставшая. Потом он скажет, что я тощая и у меня проблемы с позвоночником. И чему только таких мальчиков мамы учат?
- С работой все нормально, - я невольно начала язвить, - Просто гуляла сегодня много, по магазинам ходила, шмоток разных накупила. Все это утомляет, сам понимаешь.
- Рад за тебя, а где покупки?
Потрясающая тупость!
- С шофером на такси отправила! Там у меня горничная дома, она как раз к моему возвращению все по полочкам разложит и на вешалках развесит!
- А что ты так нервничаешь? Что я такого спросил-то?
Похоже, бестолковые парни - это мой рок.
- Слушай, давай помолчим, а?
- Давай. Но мы уже почти пришли.
Остаток пути мы молчали. Семиэтажное здание было не освещено. Кодовый замок на подъезде пискнул и пропустил нас внутрь. Внизу не было ни охраны, ни секретарей. Неудивительно – почти девять вечера. Лифт, наконец, спустился, и мы вошли внутрь. Я видела, что он нажал на шестой. Мы стояли друг напротив друга, глядя в пол. Моя правая нога активно выстукивала на пластиковом полу: «Спартак – чемпион». Лифт вздрогнул и остановился. Я, ничего не подозревая, подошла к дверям и стала ждать, пока они откроются. Но они не открывались.
- Эй, в чем дело? – я обернулась и прочла на его лице растерянность.  Меня моментально захлестнула волна раздражения: ну, не мужик – а мямля какая-то! 
- Что это за дела такие, а? - я попрыгала, понажимала на кнопки – лифт не шелохнулся. - Да мы застряли, что ли? Чего молчишь? - я снова принялась давить на все кнопки, а для усиления эффекта двинула по дверям каблуком.
- Подожди, давай я попробую, - он открыл свой портфель и достал из него перочинный ножик.
- Давай, попробуй, - я недовольно уступила ему место, думая, что если лифт поедет, я переменю о нем свое мнение.
Он подошел к панели, закрыв ее собой, и принялся в ней копаться. Там что-то  коротнуло, вспыхнуло и всю кабину заволокло дымом.
- Господи, помилуй! – глаза тут же стало разъедать и в горле запершило, - Что ты наделал-то? Куда полез? Надо было просто вызывать мастера по громкой связи! Теперь там все погорело, наверное! Вообще отсюда не выберемся!
- Да не работает тут громкая связь уже сто лет! – он повысил голос, - У нас лифт по три раза на день застревает. Обычно там надо повернуть одну штучку, и он дальше едет.
- Да приехали уже! Повернул свою штучку!– я отчаянно брала реванш за мимолетную растерянность, - Кто нас теперь отсюда вытащит? Если связь не работает, давай, кричи, зови на помощь, чего затих-то? Мне ночевать здесь совсем не хочется!
Он почему-то занервничал. Видимо, кричать ему не позволяла его должность. Подумав, он достал из кармана сотовый и тут взгляд его потускнел.
- Батарейка села, я только что из командировки, зарядное в гостинице оставил.
Еще и растяпа!
Я достала свой мобильный. «Поиск сети».
- В лифте всегда так. Экранирует.
Объяснил! Меня колотило от злости. Ситуация какая-то дурацкая, киношная. Только в кино в нее попадают нормальные герои, которым предстоит потом влюбиться друг в друга, жениться и начать детей заводить, это всем известно. А причем тут я и этот хмырь? Вечно в жизни все не так, и в великолепных декорациях разыгрываются дешевые фарсы.
Мне стало себя жалко. Десятый час! Могла бы сидеть дома, а не шляться по деловым свиданиям. И за что мне это?! Двинуть что ли ему, чтобы не лез в следующий раз куда не следует? Я собрала в кулак все мужество и терпение, и ровным голосом выдала:
- Даю тебе времени двадцать минут. Что хочешь делай, но нас отсюда вытаскивай. Впрочем, если тебе это очень нравится, можешь тут сидеть. Но я через двадцать минут должна быть на улице. Приступай!
Я демонстративно достала книжку, отвернулась, облокотившись на стену, и начала читать. Больше всего меня волновало, что скоро начинается «Секс в большом городе» и я не успевала к очередной серии. Вот чтобы еще хоть раз связаться с придурками! Себе дороже!
Он походил по кабине, попробовал раздвинуть двери, попрыгал – безрезультатно. Я снова начинала злиться. Буквы прыгали у меня перед глазами, и я совершенно не могла сосредоточиться. Лихорадочно думала, что делать. Похоже, все было напрасно. Единственным средством были стук и крики – если хоть кто-нибудь есть в этом здании, нас, возможно, услышат. Я решила: если через пять минут он ничего не придумает, начну орать. Не ночевать же здесь, в самом деле!
Перевернула страницу, и вдруг свет погас.
- Это еще что такое?
Вскочила и что есть духу принялась колотить в двери кулаками и кричать, что мы застряли, нам требуется помощь и тому подобное.
Аут. Ноль. Во всем здании, похоже, никого не было. Я набрала полные легкие воздуха и только собралась выдать второй дубль, как он подтвердил самые худшие мои ожидания.
- Охрана в самом низу, в подвале. Там у них как бы офис свой. Днем они дежурят, ночью спят. Ну, а дом старый, звукоизоляция хорошая.
От негодования я так громко завопила, что голос сорвался и пропал. Стало тихо. В темноте ничего не было видно, но я чувствовала, что он стоит у соседней стенки. Стало страшно. То, что он придурок, знаю. Может он еще и маньяк? Заманил меня сюда, лифт вырубил… А ведь я еще и хамила ему, -  я же не ангел!
- Эй, ты где?– просипела я.
- Тут, - ответил он из угла.
- Что делать-то?
- Не знаю.
Он не знает! Нашел, чем удивить. Если бы знал, я бы уже бросилась к нему на шею со словами благодарности и вечного благословения. Но новый скандал мне закатывать не хотелось и я решила действовать мирным путем. Посчитала до десяти, успокоилась и просипела:
- Ты что-нибудь можешь предложить?
- Могу.
- Ну?
Он повозился в углу:
- Надо ждать до утра, когда люди пойдут.
Ну, конечно! Размечтался! Буду я тут сидеть всю ночь, да еще в таком обществе. Вот если бы я застряла с его начальником – высоким жгучим брюнетом, я бы даже не думала. Хоть круглосуточно в течение недели. Но с этим? Выносите, святые угодники!
- Ты издеваешься надо мной? – сипела я, - Ты меня сюда заманил, устроил короткое замыкание, вырубил свет, что дальше? Мне тебе всю ночь сказки рассказывать или мирно заснуть у тебя на плече?
- А ты уже хочешь спать?
Какой идиот!
- Да! Хочу спать! – бесновалась я, - Между прочим, целый день дома не была, поэтому хочу есть, пить, спать… - и внезапно умолкла, испугавшись возможной рифмы. Мне показалось, что он улыбнулся, и в отместку мне захотелось сказать ему какую-нибудь колкость. 
Повисла пауза. Потом раздался его извиняющийся голос:
- У меня с собой есть немного копченой семги, красная икра, ветчина …
Я опешила, и потому проворонила ту секунду, когда надо было идти в наступление.
- Да? – я была уверена, что это такая идиотская шутка, а потому говорила издевательским шепотом, - А шампанского у тебя с собой случайно нет?
Он снова замолчал, потом вздохнул, снова завозился и в темноте раздался звук выскакивающей из бутылки пробки.
- Только извини, пить придется из горла, - в воздухе запахло праздником, моей руки коснулось холодное стекло. 
Я наверное, сплю. Ночь, лифт, шампанское, красная икра, придурок этот…Такое только в снах бывает, и еще в кино. Что теперь? Мы сейчас напьемся шампанского, наедимся красной икры и мирно тут заснем? Или я вдруг расчувствуюсь и в знак благодарности за прекрасно проведенный вечер кинусь его целовать? Может от моих поцелуев  вместо этого хмыря передо мной предстанет писаный красавец, превращенный когда-то старой беззубой ведьмой в прилизанного противного клерка высшего менеджерского звена?
Нет, этого я уже не вынесу. Лучше уж заснуть или дожидаться утра, будучи в нетрезвом состоянии. Я взяла бутылку, сделала глоток, другой, третий, и сразу же почувствовала невероятное облегчение. Стало весело.
- Ну, где у тебя тут семга? Доставай! – я присела на корточки и поставила бутылку рядом с собой, - Сейчас мы разложим жареных кур на газетках, сами рассядемся по-турецки и заведем задушевный разговор. На каком предпочитаешь вещать – русский, английский, французский, или может ты итальянским владеешь?
- Предпочитаю на русском, - он шелестел газетами, раскладывая их на полу, - Ногу подними, на стол наступила. Английский еще знаю.
Я слышала, как он выкладывает что-то на газеты из своего портфеля, и меня потихоньку начинало трясти от беззвучного хохота.
- В школе вообще немецкий учил, - шампанское в бутылке толкнулось туда и обратно два раза, стало быть два глотка, - но у нас учитель постоянно болел, никто ничего толком так и не выучил. А в институте нам английский преподавали, и французский, так что я оба знаю. Может потому, что предметы были необязательными? Бери, тут семга посредине лежит, рядом колбаска, икра. Хлеба только нет, завтра купить хотел. Ты как, без хлеба, ничего?
Я не выдержала и расхохоталась в голос. Смеяться могу не переставая по полчаса, вспоминаю из-за чего смеюсь и снова закатываюсь. Но хохотать в кромешной тьме  – это из разряда удовольствий для сумасшедших, поэтому смех мой довольно быстро кончился. Я прислушалась - он угрюмо сопел, и мне стало как-то неловко.
- Ты что, каждый день шампанское с красной икрой в портфеле таскаешь? – я была максимально миролюбива, - Или у тебя сегодня день какой-то особенный?
Он немного помолчал, а потом процедил сквозь зубы:
- Завтра.
Меня опять разобрало. Он подождал пока я отсмеюсь и забрал бутылку. 
- Извини. Просто ситуация какая-то дурацкая. Лифт, шампанское, темнота.  Ты еще … В общем, ладно. У тебя завтра день рождения что ли?
- Ну, да. В аэропорту в дьюти-фри купил все необходимое, чтобы в обед быстро выпить, перекусить. Все равно отмечать в ресторане будем только в конце недели. Думал, все в офисе в холодильник положу, а хлеб завтра куплю, чтобы свежий был.
- Отметишь ты день рождения, как же. Я у тебя уже всю семгу съела. Будешь болтать – тебе вообще ничего не достанется.
Я нащупала руками бутылку, сделала еще один большой глоток и задумалась, с какого боку подбираться к красной икре – нет ни ложек, ни хлеба.
- Сколько тебе стукнет?
- Тридцать два – завтра в два.
Я снова расхохоталась. Такой большой и такой глупый! Еще и стихами разговаривает.
- Мне мама рассказывала, как я родился. Рождался, то есть. Она все думала, под каким знаком я появлюсь. Сегодня же ночь такая, между Овном и Тельцом. Думала, что все-таки буду Овном, а вот получилось, что Телец.
Я чуть не разревелась – он еще и Телец. Это мне за все хорошее, что я имела в жизни!
Первый мужчина-Телец, которого я знала, был такой ленивый, что мне приходилось каждый раз буквально выпихивать его с постели. И не важно, шли мы на выставку, в кино или просто в кафе - съесть по мороженному. Ему, по-моему, было все равно. Каждый раз он шевелился с таким трудом, словно ноги у него были залиты свинцом. Правда, умный был очень, читал много, рассказывал хорошо, но положения дел это не спасло. Второй, родившийся под этим знаком,  постоянно задумывался над чем-то. Перед тем, как позвать меня в гости, он  думал целую неделю, как я на это отреагирую. Признался он мне в этом через месяц, когда я пристала к нему, почему он такой загадочный вот уже с десяток дней. Оказывается, он разрабатывал план, как пригласить меня в кино. Мало кто может это выдержать долго. Но это было давно. Теперь вот третий Телец нарисовался. Тоже отличается замечательными качествами, правда, не знаю, кого бы они могли прельстить. Только я собралась выдать что-нибудь каверзное на эту тему, он спросил:
- А ты кто по знаку?
Взвесив, стоит схамить или поддержать светскую беседу, я выбрала второй вариант, засунув в рот кусок семги в качестве компенсации.
- Водолей.
- Это когда, значит?
- Значит в феврале.
Он помолчал.
- Мы с тобой совместимы по гороскопу, знаешь?
Я даже обалдела от такой наглости. Только третьего Тельца мне не хватало! Сейчас я разойдусь! Не терпеть же все это? Я же не ангел!
- Погоди-погоди, ты на что намекаешь, а? – отставила я бутылку.
- Да ни на что не намекаю. У меня  первая жена была Володей, она правда в январе родилась…. Хотя с ней ничего не вышло.
Отличная совместимость. Болван.
- Разошлись, что ли?
Будь неладно женское любопытство.
- Давно.
- А что, была и вторая жена?
- Почему была? Есть.
- Так ты женат?
- Ну, да. Давно.
Меня снова стал разбирать смех. И разведен давно, и женат давно. Временные координаты у парня совсем куда-то съехали. Однако же, за этого хмыря еще кто-то замуж выходить решился! Памятник при жизни таким надо ставить!
- Слушай, а может у тебя еще и дети есть?
- А что в этом смешного? – он, казалось, обиделся, - У меня что, детей не может быть?
- Нет, почему, может, конечно. То есть, если два раза был женат, то уж наверняка и есть. Ведь если у человека все в порядке со здоровьем, то у него в браке, как правило, появляются дети. Хотя, бывает, и не появляются. А бывает, что появляются и без брака…  Тьфу! Запутал ты меня совсем, - я глотнула шампанского, - есть у тебя дети-то?
- Нет.
Уже не помню, когда я так хохотала в последний раз. С повизгиванием и похрюкиванием, схватившись за живот и старясь не вывихнуть челюсть. Чувствовала, что делаю что-то ужасное, но остановиться не могла.
- Ну, ладно, хватит. Пошутили, и будет.
Я слышала, как он поднялся, но после того, что произошло дальше, я буквально онемела.
Он спокойно раздвинул двери лифта, наклонился, прихватив свой портфель, и выпрыгнул на площадку – лифт застрял ровно между этажами. На секунду пространство нашего застолья залило тусклым светом, потом грохнули сомкнувшиеся двери, и снова стало темно.
Казалось, я приходила в себя целую вечность. Но когда поняла, что случилось, во мне уже вовсю клокотала злость.
- Эй, ты, придурок! – У меня даже прорезался голос, - Ты что себе возомнил! А ну вытаскивай меня отсюда сейчас же! Слышишь?
Никто не отвечал. Я стала колотить в двери, пинать их ногами. Тишина. Стало страшно. Эпизоды всех самых ужасных фильмов вихрем пронеслись у меня перед глазами. Он что ли меня бросил тут одну? Что же теперь делать?
Я попыталась раздвинуть двери, но сил не хватало даже чтобы разомкнуть их хотя бы чуть-чуть. Нет, это какой-то полночный бред! Я сейчас проснусь и окажется, что я дома, в своей кровати под теплым одеялом…
Но я не просыпалась. Воспоминание о доме вообще сделало меня слабой и беспомощной. Я с удивлением почувствовала, что слезы бегут у меня по щекам и начала тихо всхлипывать.
- Не реви. Терпеть не могу, когда плачут, - голос был жестким, холодным и раздавался откуда-то сверху. Видимо, он поднялся на один пролет и теперь сидел выше меня.
- Да ты вообще что ли с ума сошел? – хлюпала я носом, - Блин! Наворотил дел! Сам сейчас к жене ломонешься, а мне тут до утра семгу твою доедать? Выпусти меня! Хочу на диван, к телевизору, к жареной курочке! Ты меня слышишь?
Молчанье было мне ответом. Ах, так? Вот и ладно. Придут завтра на работу люди, вызовут лифт, а в нем я. Смотрите, люди добрые, что ваши сотрудники себе позволяют! Какие сотрудники, спрашиваете? Да вот эти!
Я схватила шампанское и опустошила бутылку. Насладилась сценой, как я, измученная и уставшая, показываю толпе пальцем на перепуганного и съежившегося клерка, потом съела всю колбасу и семгу, - отметит он завтра день рождение, как же! - поплакала и заснула.
Мне снилось, что лифт поехал, и начальник этого прилизанного щеголя, тот самый роскошный брюнет, вынес меня из него на руках, посадил в свою большую машину и мы катили по ночным улицам куда-то вперед, в красивое и светлое будущее…
Я открыла глаза и сквозь автомобильное стекло в предрассветном сумраке увидела свой подъезд. Все еще сплю? Повертела затекшей шеей и уперлась взглядом в виновника моей кошмарной ночи. 
- С добрым утром.
Сразу взбунтоваться или все-таки попытаться узнать, что происходит?!
- Я где? –  вопрос прозвучал вполне миролюбиво.
- Около твоего дома в моей машине.
Спокоен, как слон на утренней пробежке. Чего еще у него спросить? Как он узнал мой адрес? Изучил трудовой договор. Что дальше? Я посопела, подумала, вспомнила сон про начальника и задала еще один вопрос:
- Как я сюда попала?
- Не помнишь?
Вот гад!
- Не помню.
- Неважно, - он устало потер лоб, - Иди домой. Скоро утро. Пора на работу.
Идиот. Зануда. Ненавижу!
- Да, это твои деньги, - вытянул он из кармана конверт, - Спасибо за работу. Проект всем понравился. Ты молодец.
Самое время вспомнить про деньги, про проект и мой несравненный профессионализм. Придурок.
Я взяла конверт, подхватила сумку и выдала напоследок:
- Спасибо за семгу. С шампанским было очень неплохо. Только, знаешь, в следующий раз хлеба не забудь купить, а то икорку оприходовать мне так и не пришлось!
Хлопнула дверью и пошла к подъезду. Все-таки я не ангел. А как им прикажете быть при таких обстоятельствах?!
Квартира встретила меня родным теплом и запахом кофе. Я вымыла руки, стащила с себя всю одежду, завернулась в махровый халат и пошла на кухню кипятить чай. Мне послышалось, или звонит телефон? Так и есть! Чего еще ему от меня надо?
Только бы не перебудить соседей! Я заползла под одеяло, стиснула зубы и сказала: «алло», как будто время было не пять утра, а пять вечера.
- Ты шторы задвигать не пробовала, прежде чем перед окнами разгуливать в чем мать родила?
Моя речь длилась минут пятнадцать. Я сказала ему все, что думаю по его поводу, а также по поводу его кретинской конторы, его кретинских выходок, кретинской семги и шампанского, и в завершении выразила сочувствие обоим его женам, - предыдущей и нынешней, и порадовалась за его детей, которые не родились у такого кретинского отца. Отдышалась, прислушалась – в стену вроде не стучали.
- Знаешь, я, вообще-то извиниться звоню.
Батюшки святы! Голос какой-то другой…
- Коротнуло меня, признаюсь. Думал, весело будет. Девчонка ты вроде смешная, с чувством юмора. Придумал это все - лифт, ночь, шампанское, день рождения вроде как… С охраной договорился. Согласен с твоим диагнозом. Кретин. Каюсь. Прости, если можешь. Спокойной ночи. Вернее, доброго дня. Надеюсь, на наших партнерских взаимоотношениях все произошедшее не скажется. За сим прощаюсь.
Короткие гудки.
Опаньки…
Вместе с пищащей трубкой я выползла из-под одеяла. Подышала. Походила по дому, - ни одной мысли. Сплошное недоумения. Выходит он -  исключительный оригинал, а я просто идиотка-истеричка без всякого намека на чувство юмора? Обнадеживающий вывод!
Я выглянула в окно – машины не было. Быть идиоткой и истеричкой совсем не хотелось, к тому же чувство вины меня разъедало.
Через пятнадцать минут беспрерывного хождения по комнате и интенсивного мыслительно-воспоминательного процесса я набрала его номер.
- Алло.
Вот ведь подлец. Мог бы сказать что-нибудь человеческое. Например: «Не спится?» Или на худой конец «привет».
- Э-э-э… М-н-э-э-э…, - вот блин!
Молчит. Да пошли бы куда подальше все эти извинения!
- Вот что хотела сказать, - взяла я себя в руки, -   в общем и целом полностью согласна, что на деловых отношениях эта ночь никак не должна сказаться. Так что если понадобятся мои услуги, я всегда готова работать.
Что я говорю? Да чтобы я еще раз с ним связалась?! Ни за что!
- Отлично, - его голос звучал спокойно и ровно. Фоном слышался тихий рокот мотора.  - Если ты смогла сказать только это, пусть будет так.
А он что ли все-таки не дурак?
- Спокойной ночи, - ретировалась я.
- И тебе.
Я нажала отбой, влезла в кресло и задумалась. Куда вдруг делось все его кретинство? И вообще, чего его вдруг разобрало, - ночь, лифт, шампанское? Никогда никаких поползновений не было, я точно помню. И взгляд всегда такой серьезный, деловой. «Александра то, Александра это… нам хотелось бы получить в результате высококачественный продукт…. мы надеемся на ваш профессионализм и знание темы….» Аж вспоминать тошно! К тому же, как выяснилось, он женат! Или наврал? Тянуло позвонить еще раз. Я позвонила.
- Алло.
Ненавижу!
- Наврал, что женат?
- Не вполне.
Все-таки кретин.
- Понимаю. В некоторой степени, - начала язвить я.
- Официально.
- А на деле спишь в соседней комнате.
- В другой квартире.
- А развод, конечно, жена не дает.
- Формальности нужны для дела.
- Для ее дела или твоего?
- Ее.
- А ты, значит, герой, идущий на заклание. Типа весь такой женатый и влевонесмотрящий.
- Я не герой, заклание тут ни при чем, а смотрю я обычно по разным сторонам.
Зануда. Идиот. Кретин. Ненавижу.
- Ладно. Я иду спать. Чего и тебе желаю. В другой квартире. Или в жениной. Или…В общем, мне по фигу, где ты будешь спать. Сообщаю, если ты не знаешь: твой рабочий день начнется через три часа. Может, успеешь еще всхрапнуть ненароком. Чао!
Я дала отбой, запихнула трубку под подушку и пошла на кухню. Чайник выкипел и закоптился. Как еще не сгорел! Нужно выпить кофе. Два глотка и можно баиньки. Засыпала кофе, залила воды, поставила турку на огонь и приняла решение  забыть все, что сегодня было. Стереть из памяти начисто!
Но как назло в голову упрямо лезла семга, шампанское и моя истерика. Что я так распсиховалась? Ну, не нравился он мне.  Ну, день был тяжелый. И ситуация идиотская. Что из того? Можно ли было так распускаться? Да что сейчас рассуждать! Нужно себя простить. Будем считать, выводы я сделала.
Звонок в дверь раздался так внезапно, что я вздрогнула. Кто там еще?
В глазке маячила его унылая физиономия. Закончится когда-нибудь этот сумасшедший день или нет?  Чего ему надо-то от меня?!
- Это я, - сообщил он с порога.
- Я догадалась.
- Это твое.
Он протянул мне записную книжку.
- Видимо, выпала из сумки, пока ты спала. Я звонил, но телефон не отвечал. Решил заехать и отдать, вдруг она нужна с утра. Иначе тебе  пришлось бы ехать к нам в офис, снова заходить в лифт... Масса сложностей. Надеюсь, все упростил.
Я смотрела на него и ничего не понимала. Во-первых, мне действительно нужна была моя записная книжка. Как минимум потому, что на час дня у меня назначена встреча, а в ней непишущей ручкой я все же умудрилась нацарапать адрес. Невольно меня переполняло чувство благодарности. Во-вторых, мучил вопрос: как он вошел в подъезд, ведь на двери домофон? В-третьих, я недоумевала: куда делся его самодовольный щегольской вид? Пиджака нет, галстука тоже. Рубашка расстегнута аж на четыре пуговицы, рукава закатаны, руки в карманах. Вечно приглаженные волосы растрепались и совершенно его изменили. И еще эта легкая небритость…Черт побери, по-моему он похож на мужчину. К тому же, очень симпатичного. А если вспомнить, что он все-таки еще и не дурак, хотя кретин и зануда, то самое время кричать: «Караул!»
- Что у тебя горит?
- Мамочки! – я метнулась в кухню.
Убежавший кофе залил всю плиту.
- Выпила кофе. И чаю выпила, - бормотала я обреченно, вымакивая ароматную жидкость салфеткой. – И курочки съела, и на диване повалялась. И «Секс в большом городе» посмотрела. Все успела, короче говоря…
- С сексом я тебе вряд ли помогу, а кофе и курочку вполне можно устроить.
Я обернулась. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, так и не вынув руки из карманов. Про секс он зря. По всей видимости, он и сам это понял.
- Я имел в виду тот, что в «Большом городе»…
- А мы с тобой в маленьком?
Куда это меня несет?
- И мы в большом.
- Так в чем же дело?
Повисла секундная пауза. От электрических разрядов в воздухе вполне можно было бы «прикурить» аккумулятор.
- С курочкой или без?
Вдруг я увидела себя со стороны: сонная, не вполне трезвая, пропахшая колбасой и семгой, в махровом халате и тапочках я никак не соответствовала образу роковой соблазнительницы.
- Ладно, слушай, что-то …того….этого…от недосыпу….спросонья….в общем, … кофе хочешь?
- Хочу. Давай я сварю, а ты посиди.
Он варил кофе, держа турку высоко над огнем, и рассказывал, как изменяются  его свойства в зависимости от времени и температуры приготовления, а на меня накатила усталость. Я положила голову на стол, и стала считать до ста, обещая себе не заснуть. Девяносто восемь, девяносто девять…Перед моим носом оказалась чашка дымящегося напитка. 
- Может, тебе не надо, а то не заснешь? – присел он на корточки и взял меня за подбородок.
Я помотала головой, и сквозь слезы прошептала:
- Надо. От кофе я сплю. Ты это…, - я пошмыгала носом, подтянула к себе чашку и подула на горячую поверхность, - я сегодня … в общем…. м-да….совсем….но это все – ты опоздал, холод, курочка…замыкание твое дурацкое… Я вообще адекватная, ты не думай…
- Я и не думаю, - его пахнущие кофе губы приблизились к моим. Почувствовав, что перестаю соображать, я лихорадочно стала вспоминать, чего я ему еще не сказала. Вспомнила!
- Знаешь, я совсем не ангел…
- Это я уже понял…