(история, рассказанная любимой подругой Румянцевой)

В прошлую субботу ехала я в Строгино. МКАД пустой, утро – часов десять. Я спать хочу, умираю просто. Полночи отмечали Данькин день рождения, к утру только домой добралась. Но ведь обещала заехать к Светке, отдать ей фотоаппарат, - она же в отпуск улетала. Еду я, вишу на телефоне, говорю со Светкой. Где поворачивать не знаю. Вроде и указатель был, а поворота все нет. Она мне рассказывает – заборы, домики, плакаты. Ничего похожего не вижу, значит, не проехала еще. Раз меня джип обогнал, потом вперед пропустил. Я внимания не обратила. Потом еще раз. Ну, думаю, чудной какой-то. Смотрю, - рядом со мной едет, слева. Стекла тонированные, кто за рулем не видно. Спрашиваю Светку: «Морозова, у вас тут строгинские автомобильные маньяки водятся?» Она смеется, а мне страшно – чего ему надо? В десять-то часов утра? И вдруг джип начинает меня подрезать. Нарочито так, плавно. Я кричу в телефон: «Морозова, звони в ближайший ГИБДД!», и двигаюсь вправо. Сама думаю: спокойно! Сбрасываю скорость и еще даю вправо – может, обгонит? Ничего подобного. Жмет! У меня на спидометре уже двадцать километров в час, а я на средней полосе. Джип включает аварийку, рвется вперед и становится мне наперерез. Я по тормозам, естественно! В двух сантиметрах от него остановилась. Тоже аварийку врубаю, а сама думаю – выскакивать из машины или наоборот, закрыться на все замки. Сижу, 02 на всякий случай набрала. Из джипа тем временем выходит – спокойно так! – парень. Метр девяносто, в плечах косая сажень. Улыбается. Машет мне – выходи. Я вышла и как давай орать. Сказала сразу все: что тут пост ГИБДД недалеко и у меня в органах знакомый полковник. И что ему вообще повезло, что я в него не врезалась. Раскричалась, короче говоря, на все Строгино. Он стоит, слушает. Симпатичный, между прочим. Ну, я поорала, успокоилась. Он говорит: давай телефон. Это что, все-таки разбой? Свой достает и ждет. «Чего ждешь?», - спрашиваю. «Номер», - говорит. – «Я такую, как ты давно искал. Вот нашел. Хочу телефон попросить».
Попросить, представляешь? Это он так просит.
Я смутилась с перепугу. Стала говорить, что на улицах не знакомлюсь и вообще, так не делают. Чушь несу, краснею, как восьмиклассница! Телефон в руках держу. Он берет его у меня, набирает номер, и тут его телефон начинает звонить. Потом со своего он набирает мой, вручает мне мой и говорит: «Я спешу очень, у меня встреча, извини. Давай поговорим, познакомимся. Потом у меня будет время, если хочешь, пообедаем где-нибудь». Садится в машину и уезжает. А из телефона своего я слышу: «Да ты не стой на дороге, а то менты мимо проезжать будут, придется штраф платить».
Я за руль и вперед, он со мной дальше разговаривает, я слушаю.  Зовут Артем, всего-то двадцать восемь, хотя так и не скажешь. Кем работает и чем занимается, я не поняла. То ли строит что-то, то ли продает. Или одно и другое вместе. Еду, слушаю его, отвечаю. Вдруг вижу указатель «Дмитровское шоссе». Поворот-то проехала! Причем половину МКАДа промахнула! Забыла совсем и про Светку, и про фотоаппарат. А у Морозовой, между прочим, самолет.
Со злости нахамила Артему, бросила трубку и на разворот. Звоню Морозовой – та в истерике. Переживает! И за меня, и за самолет свой. Звонит, а у меня занято.
Ловила ее уже на Ленинградке – она в Шереметьево на такси гнала. Успела, отдала ей фотик, сижу в машине, думаю – чем бы заняться? Домой поехать, поспать, но такой адреналин, аж трясет. Вдруг звонок. Артем этот. Я, говорит, освободился. Если ты не занята, поехали обедать.
Я в шоке. Не обиделся, что ли? Сижу, думаю: поехать пообедать? Дома делать все равно нечего. Да и любопытно, что за парень такой резвый. Встретились на Пушкинской, я бросила машину, пересела в его джип. Едем. Он говорит и говорит. И все про меня рассказывает, какая я красивая, умная, уверенная в себе, самостоятельная. Волшебная женщина, короче говоря. Я что, возражать, что ли буду? Сижу, слушаю. Смотрю на него потихоньку. Симпатичный мальчик, не глупый совсем, явно при деньгах. Еще знаешь, такому не возразишь особо. Из серии «я сказал к маме, значит к маме». Общаться с ними нужно  изподвыподверта, иначе не договоришься. Непрошибаемый, ежели что решил, так и будет.
Приехали в ресторан, сели за столик. Болтаем, едим. Чувствую, от каких-то его речей меня прям колотить начинает. Стал говорить что-то про деньги, про женщин, про то, что все купить можно… Мне тут же захотелось тарелку с салатом ему на голову опрокинуть. Я-то на его решительность повелась, на хватку лихую, а он мне про куплю-продажу. Не выдержала, встаю, говорю: «Прости, малыш, нам не по пути». Конечно, малыш, мне-то тридцать три! Пальтишко свое хватаю, сумочку и к двери. Он за мной. Иду и спиной его чувствую. Монстр! Он ни слова не говорит. До конца зала дошли, он хвать меня за руку и в коридор. А я даже закричать от страха не могу! Затаскивает меня в туалет, двери захлопывает, на задвижку закрывает и …. Такого секса, Румянцева, у меня никогда в жизни не было. Он потом меня до машины на руках нес. Посадил, сиди, говорит, сейчас расплачусь и выйду. Сижу, жду, ни одной мысли в голове и все вокруг плывет. Пришел, сел за руль, поехали. Я молчу, он молчит. Я смотрю вперед, и он не поворачивается. Довез меня до машины, помог выйти. До дома доедешь, спрашивает? А куда я денусь?
Приехала домой, еле добралась до дивана. Лежу, думаю – что это было? Так всю оставшуюся субботу и воскресенье из дома и не выходила.  Ждала, может, позвонит? И в понедельник не позвонил, и во вторник. Все, думаю, надо забыть. Было и прошло.
В среду мы с тобой пили. В четверг выхожу из ванной - звонок в дверь. Десять вечера. Кто это может быть? Я никого не жду. Смотрю в глазок – он. Я чуть домиком карточным у порога не сложилась. Как он меня нашел? Открываю дверь, он заходит, хватает на руки и к дивану. Уехал утром. Веришь, ни слова друг другу не сказали. Некогда было. Час назад позвонил, говорит, вещи собирай, отпуск на работе бери. У нас билеты на Мальдивы. Улетаем послезавтра утром. Вот я и думаю, Сашка, лететь или не лететь? Ты что скажешь?